Из почти пяти лет работы здесь, официально оформлена у меня была только половина времени. Психологический климат в офисе отвратительный: еда за монитором наспех, чтоб успеть (и все равно не успеть), гнетущая тишина (едва только начинался разговор между людьми, как шеф выскакивал из кабинета с вопросом «товарищи, помните о сроках?»). В туалет бегом туда и назад, а то, опять же, от графика отстанешь и доведется после работы задерживаться или домой на выходные проект нести.

Оплата не соответствовала рабочей нагрузке, а работа была на износ. Моя коллега из-за длительного стресса дважды отлежала в больнице по две недели, потратила много денег на лечение, влезла в долги. Она «пахала» и по праздникам, и по ночам, по выходным, в отпуске и даже на той самой больничной койке с ноутом на коленях. Владелец фирмы Кравченко Георгий Олегович даже не подумал ей компенсировать хотя бы часть расходов. Он лишь поручал мне узнать, когда коллега выйдет на работу да закатывал глаза; «о, господи!», слыша, что его «вьючная лошадь» все еще лежит и встать не может. В конце концов, после очередной больницы, сотрудница ушла, узнав напоследок от шефа, что она «вообще не инженер».

При том, что работать нужно было в графических программах, компьютеры использовались слабые. Это сильно тормозило работу и очень сильно утомляло. Был момент, когда я не выдержала и установила личную видеокарту на своем компе (ее по сути там не было – только интегрированная маломощная). Проработала так больше года, периодически напоминая Кравченко, что он обещал обновить технику. Он продолжал обещать: поднять зарплату, обновить технику, взять еще сотрудников, помочь получить сертификат инженера. Лгал он, как дышал.

«Положительная» мотивация к работе состояла в отсутствии наказания. Коллектив не складывался: люди приходили и уходили, проработав от месяца до года. По-моему, я – единственный сотрудник, продержавшийся столько времени в этой фирме. Канун праздников, дни рождений – поздравления быстро сошли на нет. Однажды, перед Новым годом, нас одарили лучезарной улыбкой «вы очень продуктивно поработали в этом году» и 300 гривнами премии. При том, что стоимость выполненных нами проектов исчислялась пяти-, а я подозреваю, что и шестизначными цифрами. Откуда, в противном случае, у Кравченко появилась пятикомнатная квартира с дизайнерским ремонтом, его неработающая супруга без соответствующего образования стала «успешным» женским психологом с раскрученным рейтингом в Инстаграме, Ютубе? За какие средства он на три зимних месяца уехал с семьей пожить в Таиланд, а по возвращении собирается осесть в дорогом Киеве?

Последней каплей в чаше терпения стал момент, когда я обнаружила у себя в компьютере и в компьютере моей новой коллеги следящую программу - тайм трекер, с помощью которого можно было в любой момент заглянуть к нам и проверить, чем мы заняты. Кравченко даже в голову не пришло поставить нас в известность и получить наше согласие на мониторинг. Хотя по Закону он был обязан это сделать в письменной форме и с нашими подписями. Я сохранила у себя скрины. Но к уходу меня подтолкнула ситуация, когда эта психопатическая личность потребовала от меня закончить второй проект, чтобы, цитирую: «я мог заплатить тебе деньги за первый проект». Он потребовал от меня выйти поработать в выходные, а когда услышал отказ, принялся шипеть: «я тебе это запомню!». Терпение у меня лопнуло, и Кравченко выскочил за дверь и быстренько уехал. А я собрала вещи и ушла.